Международный Социально-экологический Союз Международный Социально-экологический Союз
  О нас | История и Успехи | Миссия | Манифест

Сети МСоЭС

  Члены МСоЭС
  Как стать
  членом МСоЭС

Дела МСоЭС

  Программы МСоЭС
  Проекты и кампании
   членов МСоЭС

СоЭС-издат

  Новости МСоЭС
  "Экосводка"
  Газета "Берегиня"
  Журнал Вести СоЭС
  Библиотека
  Периодика МСоЭС

Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск

*******************************************************************
*  П Р О Б Л Е М Ы  Х И М И Ч Е С К О Й  Б Е З О П А С Н О С Т И  *
*******************************************************************
******       Х И М И Я * И * В О Й Н А       **********************
*******************************************************************
***                    Сообщение CHEM&WAR.728, 7 августа 2005 г. **
*******************************************************************
                                             Химическое разоружение


        ГОСУДАРСТВО СОБРАЛОСЬ ПОЖЕРТВОВАТЬ ЛЮДЬМИ. СЮЖЕТ 4


    АВАРИЙНЫЙ МОНИТОРИНГ В ТУПИКЕ
    Обращаясь к аварийному мониторингу, остановимся вначале на эволюции
понятий в России XX века: сначала для страны был важным человек с ружьем,
потом пришел человек с рублем, а ныне для общества нужен человек с прибором.
Как ни покажется неожиданным, но прибор должен занять центральное место в
системе безопасности химического разоружения.
    Выше уже отмечалось, что мониторинг имеет две ипостаси - фоновую и
аварийную. Здесь с учетом полученных результатов мы рассмотрим вторую -
аварийную - составляющую мониторинга. Ту составляющую, где скрывается
особенная опасность и где без серьезных приборов не обойтись.
    Понимали ли задачи аварийного мониторинга власти? Да, понимали. Во
всяком случае еще на заседании комиссии по экологической безопасности СБ РФ
в декабре1993 года были констатированы две очевидные вещи. Во-первых, были
названы основные источники возможных масштабных аварий с ОВ - взрывы,
пожары, проливы. Во-вторых, было указано на необходимость "создания систем
аварийной сигнализации".
    К сожалению, реальная жизнь не так богата добротными решениями.
    На уровне профессора аварийная сторона выглядит так. Предполагается,
что по периферии промплощадки объектов хранения и уничтожения химоружия
и вблизи крупных населенных пунктов в ЗЗМ должны быть установлены приборы
и устройства автоматических стационарных постов контроля (АСПК). Для
экспресс-оценки зараженности в случае аварии эти АСПК должны располагать
газосигнализаторами и газоанализаторами, сохраняющими работоспособность в
широком интервале концентраций. Кроме того, АСПК должны располагать и
приборами для обнаружения аэрозольной фракции ОВ в воздухе. Приборы
должны реагировать не только на ОВ, но также и на токсичные продукты их
трансформации в природных средах (воздухе, воде, почве). Данные, получаемые
со средств измерения, должны обрабатываться в режиме реального времени и
давать лицам, принимающим решения, не только поле заражения, но и прогноз
развития аварии. Вся эта информация должна поступать в управление ГО и ЧС,
которое должно проводить мероприятия в рамках плана защиты населения и
территорий на случай чрезвычайных ситуаций.
    Ну а если, на приведи Господь, авария все-таки случится?
    К сожалению, на профессорском уровне выводы на сей счет более чем
неутешительны: "в случае если она произойдет, достаточно эффективная
экстренная медицинская помощь всему этому возможному количеству тяжело
пораженных людей не может быть оказана, поскольку летальный эффект от
поражения ФОВ наступит значительно раньше, чем появится возможность
оказать им квалифицированную медицинскую помощь".
    И, чтобы эта грустная реальность стала более очевидной, добавим
уточнение генерала Н.С.Антонова: "одного вдоха воздуха (15 л), содержащего
2 мг зарина или 0,15 мг вещества VX, достаточно, чтобы получить смертельное
поражение"10. Конечно, далеко не всем жителям, обитающим вокруг объектов по
уничтожению химоружия, во время аварии с ФОВ достанутся именно такие дозы
- дозы будут много меньше. Однако тем не менее жители сделают очень много
вдохов и потеряют жизнь, но помощи они так и не дождутся.
    Ничего более определенного на столь животрепещущую тему не удалось
найти и в специализированном тексте руководителей НИЦ "Экобезопасность"
МПР РФ (Москва). Запев был нормальный: "в случае возникновения аварийных
ситуаций проводится оценка негативного воздействия на окружающую природную
среду и осуществляются мероприятия по минимизации ущерба". Его сменила обидная
констатация: "при аварийных ситуациях запроектного характера.., а также при
аварийных ситуациях, возникших в результате ошибок при научно-техническом
обосновании, проектировании, строительстве" объектов химоружия денег на работы
в таком чрезвычайном режиме нет - бюджетом программы уничтожения химоружия они
не предусмотрены. Однако попутно дается разъяснение, где все-таки искать деньги
во время инцидентов-аварий. Оказывается, по действующему законодательству
платить за работы в нештатных и аварийных ситуациях должен будто бы
природопользователь, то есть - Росбоеприпасы (ныне - Агентство по
промышленности). Однако авторы концепции не поверили сами себе и потому
высказали пожелание, чтобы порядок финансирования мероприятий, связанных с
ликвидацией последствий аварий, был определен специальным постановлением
правительства. Остается добавить, что поначалу авторы констатировали общую
задачу системы экологической безопасности как "поддержание экологических
рисков на приемлемом социально осознанном уровне". В конце же после описания
реального положения дел они прогнозируют иное - "возникновение критических
социально-экономических ситуаций в районах аварий". Ну что ж, им виднее.
    А теперь обратимся к реалиям.
    В предыдущем разделе говорилось о нелегком пути к созданию набора
научно обоснованных и легитимных гигиенических стандартов. Однако важно
иметь в виду, что сами нормативы - и уже утвержденные, и не очень легитимные
- будут иметь ценность лишь в случае, если страна будет располагать такими
измерительными приборами и устройствами, которые будут соответствовать по
чувствительности действующим гигиеническим стандартам.
    Исходные посылки таковы. В соответствии с ГОСТ 17.2.4.02-81 "Общие
требования к методам определения загрязняющих веществ", чувствительность
аналитического метода определения наличия загрязняющих веществ в атмосфере
городов и населенных пунктов должно быть не ниже 0,8 ПДК. В соответствии с
ГОСТ 12.1.005 "Общие санитарно-гигиенические требования к воздуху рабочей
зоны", методики и средства должны обеспечивать избирательное измерение
концентрации вредных веществ в рабочей зоне в присутствии сопутствующих
компонентов на уровне не выше 0,5 ПДК (с учетом уменьшения времени работы
в зараженной зоне в два раза с 8 до 4 часов, можно установить уровень1
ПДКр.з.). Суммарная погрешность измерений концентраций не должны
превышать 25%. Обычно ПДКр.з. подразделяют на две - ПДКр.з. максимально
разовую, определенную в течение 20-30 минут, и ПДКр.з. среднесменную,
определенную за время рабочей смены, то есть за 4 ч и большее время.
    Итак, для решения задач аварийного мониторинга приборы должны быть
способны измерять ОВ в воздухе населенных мест  на уровне 0,8 ПДК (ОБУВ)
для атмосферы населенных мест, а в рабочей зоне объектов химоружия - на
уровне 0,5 ПДК рабочей зоны.
    К сожалению, требования эти не так легки, как поначалу активно писали
армейские химики и расписывали их подручные от журналистики.

                                                           Таблица 18
   ПРОСТЕЙШИЕ ПРИБОРЫ КОНТРОЛЯ ФОВ И АВТОМАТИЧЕСКИЕ ГАЗОСИГНАЛИЗАТОРЫ

        Марка прибора         ФОВ              Чувствительность,
                                                мг/м3      мг/л
Войсковой прибор
химической разведки ВПХР  Зарин, зоман, V-газ   1.10(-4)    1.10(-7)
Полуавтоматический прибор
химической разведки ППХР  Зарин, зоман, V-газ   1.10(-4)    1.10(-7)
Полуавтоматический войсковой
газоопределитель ПГО-11   Зарин, зоман, V-газ   1.10(-4)    1.10(-7)
Прибор радиационной и
химической разведки ПРХР  Зарин, зоман          2.10(-1)    2.10(-4)
Автоматический
газосигнализатор ГСП-11   Зарин, зоман     2.10(-3)-5.10(-2)  2.10(-6)-5.10(-5)
Автоматический
газосигнализатор ГСА-12   Зарин, зоман, V-газ  (6-8).10(-3)  (6-8).10(-6)
Комплексный прибор КПХР-С Зарин, зоман, V-газ 5.10(-3)-2.10(-1) 5.10(-6)-2.10(-4)

    Содержание табл.18 было опубликована еще в 1995 году в книге на
основе данных группы очень скромных товарищей (доктора химических наук
В.И.Холстова с соавторами66), забывших указать свое должностное положение в
химических войсках (обитали они в НТК войск РХБЗ и в управлении начальника
войск РХБЗ).
    Так вот, оказывается, что в сравнении с данными табл.17 эта таблица
указывает, что по состоянию на 1995 год приборов нужной чувствительности
в стране не существовало.
    И сложилось это положение очень давно. Для подтверждения приведем
одну драматическую историю из жизни подполья ВХК. В 1980-1981 годах группа
тоже очень скромных товарищей (генерал А.Д.Кунцевич, генерал В.Т.Заборня, а
также команда производственников, наладивших серийный выпуск анализатора
ГСА-12 взамен прежнего прибора ГСП-11; как водится, автора того изобретения
В.П.Малышева в состав претендентов на премию включить "забыли") захотели
получить Государственную премию СССР за разработку системы обнаружения
ФОВ вероятного противника (то есть за работу ГО-55сс). В своей аннтотации
авторы указали, что их комплекс средств "повысит защищенность личного
состава Вооруженных Сил и гражданского населения страны при применении
вероятным противником химического оружия". Как видно из нижеследующей
цитаты, искомой премии та команда не получила, потому что не сделала того,
что подрядилась - не создала надежных средств обнаружения ФОВ (см. табл.18).

    ИЗ ОПЫТА НЕПОЛУЧЕНИЯ ПРЕСТИЖНЫХ ПРЕМИЙ:
    "Рассмотрев представленные на соискание Государственной премии СССР
материалы по работе "Научная разработка, создание и освоение промышленного
производства комплекса средств обнаружения фосфорорганических  веществ
вероятного противника" (ГО-55сс), НПО "Химавтоматика" считает, что... в
представляемой работе не полностью учтены предприятия, участвующие в
создании биохимической реакции, комплекта индикаторных средств, автоматических
сигнализаторов ФОВ и в освоении их серийного производства, а именно ИРЕА,
Тульского ОКБА НПО "Химавтоматика", Киевприбор, ЧЗХР... Следует отметить, что
по технической сущности решаемой задачи представленная работа не является
комплексом средств обнаружения ФОВ, а является автоматическим
газосигнализатором ФОВ.
    На основании изложенного "Химавтоматика"... считает, что в представленном
виде работа не заслуживает присуждения ей Государственной премии.
        Генеральный директор НПО "Химавтоматика"  Ю.М.Лужков, 4.5.1981 г."

    Не будет лишним сказать, что сам автор отрицательной рецензии и знаток
в области обнаружения ОВ (и пчел) был поощрен за заслуги по этой линии. Речь
идет об ордене Трудового Красного Знамени, полученном им в августе 1976 года.
Хотя и это знание не спасает его и вверенный его попечению столичный город от
политиканства - ОВ, закопанные в Москве в Кузьминках, он "не замечает" уже
много лет. Причем безо всяких приборов.
    Итак, в середине 1990-х годов, когда настала пора защищать население
страны не от ОВ вероятного противника, а от своих собственных ОВ, ни один
армейский прибор не был пригоден даже для контроля обстановки в рабочих
помещениях объектов по хранению и уничтожению химоружия. Прискорбно
констатировать, но публиковавшиеся в прессе гигиенические стандарты (ПДК и
др.) для воздуха рабочих помещений оказались более жесткими, чем позволяла
измерять чувствительность имевшейся тогда армейской и иной аппаратуры.
Тем не менее представители армии не очень стесняли себя в пропаганде
прямо противоположных мыслей.

    ИЗ ОПЫТА НАСТУПАТЕЛЬНОЙ ПРОПАГАНДЫ:
    Генерал В.И.Холстов и др.:
    "Анализ представленных войсковых средств химической разведки и
контроля свидетельствует о том, что использование их на первом этапе
ликвидации химического оружия вполне возможно и целесообразно, особенно
при решении задач контроля безопасности и сигнализации аварийных ситуаций
на объектах хранения, уничтожения, а также при транспортировке
химического оружия."
    Полковник А.Ф.Труфанов и др.:
    "В случае возникновения аварийных ситуаций на объекте по хранению и
уничтожению химического оружия для анализа обстановки наиболее удобны
простейшие войсковые приборы химической разведки, которые позволят
установить тип ОВ и оценить их концентрацию. Перечислим эти приборы:
ВПХР, ППХР, ПГО-11, ПРХР и ГСП-11, ГСА-12."

    Между тем вряд ли их приборы могли устроить страну. Реальность такова.
В 1993 году, когда была подписана Конвенция о запрещении химоружия и
когда была опубликована таблица армейских приборов (табл.18), армия заказала
множество работ по созданию новых приборов, необходимых для осуществления
"мониторинга окружающей среды при уничтожении химического оружия".
Полезно перечислить названия работ, в рамках которых появились эти "приборы"
(в государственных документах проходят не характеристики устройств, а лишь
темы, так что качество обещанного никому во власти не интересно - важны лишь
выделенные суммы) - "Навал-У" (исполнитель Тульское ОКБА, которое еще в
советские годы так и не смогло создать путных измерительных устройств),
"Высотомер-2У" ("Астрофизика", Москва), "Изыскание-2У" ("Химаналит",
С.-Петербург), "Мечтатель-1У" ("Химаналит"), "Спект-3У" ("Химаналит"),
"Спектр-1У" ("Химаналит"), "Инициатива" ("Микротех", Москва), "Икар"
("Микротех"), "Каскад" (МИФИ, Москва), "Каскад-5" (ГСНИИОХТ, Москва),
"Каскад-Г" ("Неорганика", г.Электросталь). Себе заказчики тех работ (армия,
а точнее - НТК войск РХБЗ) оставили на кормление не создание приборов, а более
безопасные темы - "обоснование задач", "научно-техническое сопровождение
работ", "обоснование системы мониторинга" и т.д.
    Вряд ли стоит искать следы тех потраченных денег - их нет, как нет и
каких-либо результатов работ в 1994 и в последующие годы.
    По состоянию на 1997 год - год ратификации Конвенции о запрещении
химоружия - положение дел не изменилось.
    Научные представители ГСНИИОХТа докладывали в 1997 году на международном
уровне об очередных "достижениях" на химико-аналитическом фронте. Они сообщили
о наличии в России автоматического газосигнализатора, который способен
определять ФОВ на уровне 1-10 ПДК, а также о стационарном газосигнализаторе
для определения загазованности по ФОВ производственных помещений на уровне
1-1000 ПДК514. Как видим, до исполнения ГОСТ 12.1.005, требующего
чувствительности метода на уровне 0,5 ПДК рабочей зоны, было еще далеко. Не
говоря уж о более серьезных требованиях по чувствительности при исследовании
зараженности атмосферы населенных пунктов.
    Ну а осенью 1997 года вопрос о приборном обеспечении химического
разоружения встал еще острее, поскольку ожидалась ратификация Конвенции о
запрещении химоружия, после чего с неизбежностью должны были начаться
практические работы. В ответ на высказанную Государственной Думой России
обеспокоенность официальные лица реагировали в меру своей ответственности.
Генерал С.В.Петров вообще ничего не сообщил о реальных чувствительностях
имеющихся у армии приборов, ограничившись теоретическими рассуждениями о
технических возможностях аппаратуры (впрочем, старался он зря - начальник
склада артхиморужия в Плановом-Щучьем уже известил общественность о
необходимости замены имеющихся приборов ВПХР-65 на новые с порогом
обнаружения паров ОВ до 5.10(-9) мг/л). Администрация Брянской области такой
информацией "не располагала". Администрация Курганской области пересказала
то, что ей сообщил ГСНИИОХТ. А администрация Пензенской области указала,
что "научные проработки, оценки, прогнозы по данной тематике относятся к
полномочиям органов государственной власти Российской Федерации и
администрацией Пензенской области не рассматриваются" (подписант -
В.Н.Карабаев, текст подготовил и поднес на подпись в прошлом полковник, а
ныне деятель Зеленого креста В.М.Панкратов).
    К сожалению, ситуация осталась нетерпимой и в последующие годы.
Положение дел могло стать чуть более оптимистичным на рубеже веков.
Однако к 2000 году приборов нужной чувствительности не прибавилось. Ну а
генерал В.Н.Орлов пообещал скорое окончание разработок приборов для
измерения ОВ в рабочих зонах объектов - автоматических газоанализаторов на
люизит и на иприт на уровне ПДК со сроком окончания в 2000 году. Тогда же он
похвалился, что в 2002 году будет создан автоматический газоанализатор на ФОВ
на уровне ПДК для рабочих зон. И в октябре 2001 года во время плановой
ликвидации партии "аварийных" химавиабомб в наполнении зарином в Мирном
(Марадыковском) были даже будто бы использованы некие приборы, например,
газосигнализаторы с такими новыми названиями, как ГАИ-1 (ионизационного
типа) и СБМ-1 (ленточного типа с использованием реакции фермент-субстратного
типа), а также индикатор локальной зараженности ИЛЗ-85 (прибор ионизационного
типа). Впрочем, данные о чувствительности этих устройств не опубликованы, так
что лишь время покажет, стоим ли мы перед серьезной тенденцией или же перед
очередным пропагандистским выбросом. Однако эти изменения не имеют отношения
к необходимости оценивать зараженность воздуха населенных пунктов, где
требования к чувствительности приборов много более жесткие (табл.17).
    Для того, чтобы острота проблемы стала более очевидной, процитируем
"особое мнение", относившееся еще к первой экспертизе по объекту в Щучьем,
то есть к зиме 1997-1998 годов. Факт, что у нас "отсутствуют автоматические
средства контроля с чувствительностью на уровне ПДК населенных мест", был
тогда ясен.

    ОСОБОЕ МНЕНИЕ
    эксперта Федорова Льва Александровича, доктора химических наук,..
проекту заключения государственной экологической экспертизы по
"Обоснованию инвестиций в строительство объекта по уничтожению
химического оружия на территории Щучанского района Курганской области",
объект 1597.
 ...2. Опасность для населения функционирования объекта
Сам факт существования объекта по уничтожению  химического оружия
не может не вызывать сомнений и волнений  населения. По количеству
токсичных веществ и степени их опасности для населения такой объект
относится к особо опасным производствам и подлежит уже на стадии создания
документации декларированию безопасности (постановление Правительства РФ
N 675 от 1 июля 1995 г. и совместные приказы МЧС и Госгортехнадзора
N 222/59 от 4 апреля 1996 г. и N 599/125 от 7 августа 1996 г.).
Между тем в представленных материалах не имеется ничего, что
способствовало бы снижению социальной напряженности в районе.
В частности, утверждается, что при нормальной работе объекта
концентрации зарина, зомана и V-газа в приземном воздухе будто бы не
превысят 0,01 нормативных величин. То же самое декларируется в отношении
валовых выбросов этих ОВ в атмосферу. Другими словами, влияние этих ОВ вне
промзоны на людей будто бы не ожидается.
    Эти утверждения не подтверждаются необходимыми данными.
    В материалах отсутствуют данные Минздрава РФ об острой и
хронической токсичности реакционных масс - продуктов реакции зарина, зомана
и V-газа с предлагаемыми дегазаторами. Эти материалы не были представлены
по запросу.
    В материалах не имеется описаний и технических характеристик
приборов, которые предполагается использовать для  обеспечения непрерывных
анализов атмосферного воздуха на зарин, зоман и V-газ в рабочей зоне и по ее
границам, а также в воздухе населенных пунктов Щучанского района Курганской
области. Эти данные также не были представлены по запросу.
    Между тем основания для сомнений имеются.
    Согласно проекту, предусматривается создание  стационарных постов
наблюдения за экологической ситуацией на границах санитарно-защитной зоны и
в окружающих населенных пунктах.
    ...Эти посты предусмотрено обеспечить приборами с
чувствительностью по зарину, зоману и V-газу не на уровне ПДК населенных
мест, а на уровне ПДК рабочей зоны, то есть в 100 раз грубее. Другими словами,
допускается расширение экологической ситуации из рабочей зоны, где работники
будут действовать в противогазах и специальной защитной одежде, до самих
населенных пунктов, где жители не будут даже знать об опасности, которой
они подвергнутся. В материалах констатируется, что "в настоящее время
отсутствуют автоматические средства контроля с чувствительностью на
уровне ПДК населенных мест". Указывается также на возможность
разработки в будущем "методик  определения основных загрязнителей в воде,
почве и растительности на уровне ПДК населенных мест".
 3. Опасность для населения аварий и катастроф
   ...Этот вопрос очень подробно разобран в действующем  федеральном
законе "Об уничтожении химического оружия" (1997 г.) и, соответственно,
нуждается в проработке в каждом последующем документе по уничтожению
химического оружия, включая предпроектные и проектные.
    Из представленных материалов следует, что в случае возникновения
аварийных ситуаций будто бы возможно лишь кратковременное (в течение часа)
поступление зарина, зомана или V-газа в атмосферу цеха, причем в столь
ничтожных концентрациях, что опасности вне промзоны не должно существовать.
    Это предположение некорректно.
    Приведенный в материалах перечень возможных аварий практически имеет
отношение лишь к работниках объекта: разгерметизация боеприпаса, поступление
контейнера с  аварийным боеприпасом, пролив ОВ под кожухом станка.
    Наиболее серьезно интересы жителей региона могут затронуть другие
события, опасность которых необходимо изучить в соответствии с действующими
нормативными документами (СНиП 2.01.51-90, ВСН ГО 38-83 и др.), например
пожары и взрывы.
    Для прояснения этих вопросов у разработчиков были запрошены
дополнительные материалы - о результатах испытаний  специальных
контейнеров для перевозки химических оружия  (данные об их невысоком
качестве уже имеются), а также об оценке риска для жителей Курганской
области в связи с возможным возникновением на объекте пожаров и взрывов.
Данные об испытаниях контейнеров представлены не были, оценка риска
пожаров разработчиками вообще не производилась, а в отношении
возможности взрывов я получил ответ, что "химические боеприпасы,
подлежащие уничтожению на объекте в г.Щучье, взрывчатых веществ не
содержат. В связи с этим взрыв в процессе расснаряжения отсутствует".
Это заявление ошибочно. На самом деле, на объекте в п.Плановый хранятся не 2,
а 4 типа ракетных боеголовок (8Ф44Г1, 9Н18Г, 9Н123Г и 9Н123Г2-1). Из них 2 -
в кассетном исполнении, то есть содержащие в корпусе одновременно и ОВ, и
взрывчатые вещества и, соответственно, допускающие возможность взрыва при
расснаряжении.
    Другая возможность взрывов - в связи с детоксикацией зарина и зомана:
тепловой взрыв возможен не только при подаче  этих ОВ в реактор с
моноэтаноламином, но и... при взаимодействии образующихся реакционных масс
с гидроокисью кальция.
    Таким образом, необходимость проработки вопросов  опасности взрыва
вполне правомерна. В связи с этим ошибочен  отказ от необходимости точного
знания хранимых боеприпасов  сложной конструкции (которое будто бы "к
экологической экспертизе обоснований инвестиций отношения не имеет", как
написано в ответном письме на мой запрос), и он может привести к принятию
ошибочных решений.
    Между тем разработчики не имеют представления о реальных номенклатуре и
объемах запасов химического оружия в п.Плановый Щучанского района Курганской
области, которые планируется уничтожать, а опираются лишь на "данные УHХВ РХБЗ
МО РФ"...
    ВЫВОДЫ:
 ...2. В представленных материалах отсутствуют данные, которые бы
гарантировали безопасность населения в процессе нормальной работы объекта.
Заложенный мониторинг в принципе не может дать возможности принять
корректные управленческие решения по защите населения от отравления ОВ.
    3. В представленных материалах отсутствуют данные об оценке
опасности для населения возможных аварий и катастроф, в частности взрывов.
Это неприемлемо...
                  Федоров Л.А., 23 января 1998 года

    Впрочем, разработчики тогда что-то пообещали экспертам, и те спокойно
согласились с недостатками в обеспечении мониторинга реальными приборами и
утвержденными нормами.
    Однако в конце 1999 года при окончательной экспертизе "материалов проекта"
все повторилось. В своем заключении эксперты поделились следующим изящным
наблюдением: "Организация мониторинга в близрасположенных населенных пунктах
не позволит получить аппаратурное отслеживание атмосферного содержания
компонент загрязнения в процессе уничтожения ФОВ".
    В переводе на русский язык это означает, что ФОВ, вышедшие из-под
контроля на объекте уничтожения химоружия, никто в окрестных населенных
пунктах не зарегистрирует и ничего не подозревающие жители будут при утечках
ФОВ постепенно отравляться. Или сразу.
    Чтобы это заявление было более очевидным, процитируем В.В.Демидюка -
заместителя директора ГСНИИОХТа. По состоянию на конец 2002 года виды на
экологический мониторинг были, с его точки зрения, были таковы: ежедневный
отбор проб воздуха на наличие в нем ОВ производится на постах в ЗЗМ с
последующей отправкой этих самых проб в... стационарные лаборатории. Как
если бы авария, когда не дай Бог она случится, станет терпеливо ожидать, как
неизвестный герой лабораторного фронта за тридевять земель от ЗЗМ сыщет
превышение гигиенического норматива по тому или иному ОВ. Если сыщет.
Однако, таких вялотекущих аварий не бывает.
    Таким образом, проблема обеспечения реального медико-экологического
мониторинга в процессе уничтожения ОВ пока находится в подвешенном
состоянии. По состоянию на 2002 год измерять ФОВ в атмосфере населенных
пунктов было нечем. Кстати, этого прискорбного факта не скрывали и врачи,
хорошо понимающие в этом деле. В широко распространенной брошюре 2002
года они констатировали, "что войсковые приборы предназначены для военного
времени и и их чувствительность низка и не позволяет обеспечить
санитарно-гигиенический контроль за производством и территорией". Им
вторили в том же 2002 году и близкие к армии специалисты: "Нет жизненно
необходимых приборов для определения концентраций отравляющих веществ".
    А тем временем "приборостроители" все доили и доили бюджет под новые
обещания нужных приборов. В 2002 году Редкинское ОКБА из Тверской области
(советский родственник уже упоминавшегося Тульского ОКБА) получило из
бюджета 15 млн рублей за разработку двух "высокочуствительных" приборов для
измерения ФОВ, иприта и люизита - одного для СЗЗ, другого для рабочей зоны.
После чего исчезло из государственного оборонного заказа. В 2003 году по этой
линии получал бюджетные деньги только ГСНИИОХТ. Ну а компанию ему
составил "Центромашпроект" (вотчина З.П.Пака), который был подкормлен на
предмет написания отчетов на тему "разработка нормативно-методической базы"
и "создание нормативно-методической базы". Эти бумаги не станут читать даже
приемщики из ФУБХУХО. Остальные созидатели приборов с дистанции сошли.
Итог таков. Осенью 2003 года в очередной раз констатировалось, что
"отсутствуют приборы для экологического контроля и мониторинга,
чувствительность которых позволяла бы обнаруживать ОВ в окружающей
природной среде на уровне установленных нормативов".
    Другими словами, нынешние приборы не позволяют определять ОВ при
проведении работ по их уничтожению на уровне действующих в стране
гигиенических стандартов584. Тем более эти приборы не способны обеспечить
определение опасных концентраций ОВ вне рабочих помещений, в случае если
случится авария и ОВ, особенно ФОВ, выйдет из-под контроля.
    Итак, измерительных приборов для обеспечения защиты населения от
ОВ в стране нет, как нет и других военных химиков. Во времена холодной
войны разработка столь чувствительных приборов нашей армии не удалась, да и
защита гражданского населения от "вражеских" ОВ во все времена не очень-то
заботила советскую военно-химическую службу. А больше эти приборы никому
не были нужны (можно только удивляться, но промышленность, которая была
нацелена на выпуск ОВ и вообще химоружия и где отравлялись люди в цехах,
тоже не очень-то стремилась к обладанию приборами столь высокого класса).
Практики из рядов МЧС время от времени бодро докладывают, что они
располагают системой обнаружения ОВ, которая позволяет "в кратчайшее время
получить достоверную информацию и своевременно принять решение на защиту
населения и его жизнеобеспечение в районах эвакуации". При этом мониторинг
при аварийной ситуации, по их мнению, должен обеспечить: 1) "регистрацию
времени и места превышения ПДК ОВ в атмосфере и выдачу сообщения об
аварии с ведением протокола события"; 2) "дальнейший непрерывный анализ
воздушной среды на месте развития чрезвычайной ситуации (вплоть до
превышения ПДК ОВ в 20 и более раз) с постоянным информированием об уровне
концентрации ОВ с целью объективной оценке степени авариии прогнозирования
возможных последствий". Предполагается, что концентрация ОВ в 20 и более
ПДК возникает "при развитии сценариев типа разлив, выброс, пожар". Что
касается срочности, то координаты такие: время обнаружения аварии - 3-5 минут,
время принятия решения 8-15 минут.
    К сожалению, все это не более чем мечты. При нынешнем положении дел
с приборами обеспечить это невозможно, так что неудивительно, что работники
МЧС Удмуртии проверили свои планы не на объекте химоружия в Кизнере, а на
предприятии "Ижмолоко" в столице республики. И все у них получилось, с той
лишь разницей, что измеряли они не ФОВ, а всего лишь аммиак.
    В переводе на язык житейских реалий отсутствие на объектах химоружия
приборов нужного класса чувствительности означает следующее. В случае, если
на них будут происходить утечки ОВ, превышающие ПДК и ОБУВ, приборы
этого не зафиксируют и сигнал опасности для населения не прозвучит. И храбрые
работники МЧС и их помощники не помчатся спасать не защищенных людей от
неизбежного отравления. Они даже не сделают предупреждения об опасности.
Нельзя наблюдать далекие галактики в театральный бинокль - для этого
необходим мощнейший телескоп.
    Находятся люди, которые после столь грустного итога предлагают на
случай аварий с проливами ФОВ "использовать математические компьютерные
технологии с соответствующими, заранее разработанными программами".
Но это уж совсем от безысходности - сделать не могут, а кушать хочется.
Как видим, в связи с химическим разоружением жизнь поставила обычную
для гражданского общества задачу на наличие чувства ответственности перед
несколькими ведомствами России - Минздравом, МПР, а также МЧС. Однако при
нынешнем состоянии дел они в принципе не смогут обеспечить безопасность и
сберечь жизни людей при авариях на объектах химоружия. Между тем мы уже
живем не при социализме, а в эпоху, когда стандарты отношения к гражданскому
населению изменились - измерительные приборы на случай аварий и катастроф,
сопровождающихся утечками ОВ, должны, наконец, на объектах появиться.
Больше рисковать жизнями людей никому не позволено.
    Пока же оборонная промышленность подрядила ученых-международников
из ИМЭМО РАН издавать пропагандистские брошюры о приборах для измерения
ОВ. Одно из свежих изделий этого рода, созданное в 2004 году664, принадлежит
ученому, который много лет возглавлял аналитический отдел в академическом
институте, а также бывшим военным химикам-"профессионалам". Можно только
изумляться, но академические авторы вообще не заметили отсутствия в стране
устройств, нужных для идентификации в населенных пунктах аварийных утечек
ОВ требуемой по ГОСТу чувствительности. После такой "объективности" науки
стоит ли ждать прозорливости от "общественности" из "Чистого дома"?.

                (Из неопубликованного)

**************************************************************
* Бюллетень выпускается Союзом "За химическую Безопасность"  *
*                       (http://www.seu.ru/members/ucs)      *
* Редактор и издатель Лев А.Федоров.   Бюллетени имеются на  *
* сайте:     http://www.seu.ru/members/ucs/chemwar           *
* **********************************                         *
* Адрес:  117292 Россия, Москва, ул.Профсоюзная, 8-2-83      *
* Тел.: (7-095)-129-05-96, E-mail: lefed@online.ru           *
**************************     Распространяется              *
* "UCS-PRESS" 2005 г.    *     по электронной почте          *
**************************************************************

Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск 404 Not Found

404 Not Found


nginx/1.12.2

Специальные проекты

ЭкоПраво - для Природы и людей

ЭкоПраво

Экорепортёр -
   Зелёные новости

Система добровольной сертификации

Система
   добровольной
   сертификации

Ярмарка
   экотехнологий

Экология и бизнес

Знай, что покупаешь

За биобезопасность

Общественные
   ресурсы
   образования

Информационные партнёры:

Forest.RU - Всё о российских лесах За биобезопасность Совет при Президенте Российской Федерации по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Центр экстремальной журналистики

Обмен баннерами