Международный Социально-экологический Союз Международный Социально-экологический Союз
  О нас | История и Успехи | Миссия | Манифест

Сети МСоЭС

  Члены МСоЭС
  Как стать
  членом МСоЭС

Дела МСоЭС

  Программы МСоЭС
  Проекты и кампании
   членов МСоЭС

СоЭС-издат

  Новости МСоЭС
  "Экосводка"
  Газета "Берегиня"
  Журнал Вести СоЭС
  Библиотека
  Периодика МСоЭС

Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск

*******************************************************************
*  П Р О Б Л Е М Ы  Х И М И Ч Е С К О Й  Б Е З О П А С Н О С Т И  *
*******************************************************************
******       Х И М И Я * И * В О Й Н А       **********************
*******************************************************************
***                   Сообщение CHEM&WAR.732, 11 августа 2005 г. **
*******************************************************************
                                          Эхо бездумного вооружения


                  ЧТО ДЕЛАТЬ С "ПРОСТЫМИ" БОЕПРИПАСАМИ?


    ПРИДНЕСТРОВЬЕ
    БОЕПРИПАСЫ НЕ ВЫВЕЗТИ БЕЗ РИСКА ДЛЯ МЕСТНЫХ ЖИТЕЛЕЙ
    Конфликт между Кишиневом, Тирасполем и Москвой из-за боеприпасов в
Приднестровье имеет как политический, так и технический аспект. Сами
боеприпасы находятся по большей части в населенном пункте Колбасное.
Там хранятся противотанковые, минометные мины, боеприпасы к различным
артиллерийским системам, к стрелковому вооружению. Это склад бывшей ставки
Юго-Западного направления Вооруженных сил СССР и расформированной российской
14-й армии.
    Согласно открытым отчетам миссии ОБСЕ в Молдавии, с 2000 по 2004 год с
территории Приднестровья было вывезено или уничтожено на месте около 50% из
хранившихся здесь 42 тыс. тонн вооружений, военной техники и боеприпасов -
это примерно 56 составов военной техники.
Сейчас в Колбасном и еще нескольких пунктах остается около 2500 таких
железнодорожных вагонов. Как рассказал <НГ> генерал-полковник Эдуард
Воробьев, который неоднократно бывал в Колбасном, это боеприпасы разных лет.
Более поздние, выпущенные 30-40 лет назад, еще подлежат транспортировке, но
в большинстве случаев перевозка их по железной дороге или автомобилями
просто опасна. У старых же мин и снарядов, произведенных свыше 60 лет назад,
уже осыпается взрывчатое вещество. В настоящее время склады боеприпасов в
Приднестровье охраняет Оперативная группа российских войск (ОГРВ) в
Молдавии.
    По мнению высокопоставленного представителя Минобороны РФ, который
пожелал остаться неназванным, руководитель военного ведомства Сергей Иванов
явно не учел в своем заявлении политического аспекта. Он категорически
настаивает на полном вывозе из непризнанной республики взрывоопасного
имущества. Между тем он был приостановлен в конце 2003 года из-за
напряженности между Кишиневом и Тирасполем, который отказался выпускать
эшелоны с боеприпасами. Украина, через территорию которой придется вывозить
древние боеприпасы, видимо, готова предоставить транзит для эшелонов, но
потребует компенсаций и гарантий безопасности. Так что конфликт между
официальным Кишиневом, Тирасполем, Москвой и Киевом завязался в тугой узел.
А после неоднозначных и резких высказываний министра обороны РФ Сергея
Иванова сложную проблему вывоза имущества из Приднестровья стало решать еще
труднее.
          А.Бабакин, "Независимая Газета", 4.08.2005
          http://www.ng.ru/cis/2005-08-04/5_boepripasy.html

    УКРАИНА
    ИЗБАВЛЕНИЕ
    Украине нужно избавиться от 2,5 млн тонн боеприпасов
    В Новобогдановке, где несколько дней назад произошел очередной взрыв
боеприпасов, заморожены все работы по ликвидации оружия, сообщил заместитель
министра обороны Украины Владимир Терещенко после Рады Нацбезопасности и
обороны, которая рассматривала ситуацию вокруг украинских складов. До конца
года в Новобогдановке обещают обезвредить по крайней мере реактивные снаряды
и порох. Работы будет выполнять уже не Минобороны, а МЧС, и за деньги НАТО.
До 2018 года Украине нужно избавиться от 2.5 миллионов тонн боеприпасов.
Оружие будут ликвидировать на местах, то есть непосредственно неподалеку
населенных пунктов, однако ни каких гарантий гражданским не дают, сообщает
"Новый регион".
            ИА REGNUM, 4.08.2005
            http://www.regnum.ru/news/492886.html
    ГИДРА УТИЛИЗАЦИИ
    ЧТО МЕШАЕТ УКРАИНЕ РАЗОБРАТЬСЯ СО СТАРЫМИ БОЕПРИПАСАМИ?
    Ответ на этот злободневный вопрос тривиален: главным тормозом в
благородном деле является "чехарда" в отношении планов заказчика
(Министерство обороны Украины), связанная с этим нерациональность в
распределении средств. А еще борьба многочисленных исполнителей за этот
кусочек почти гарантированного бюджета. Проблема уничтожения старых
боеприпасов уже давно "перезрела". Теперь склады горят уже не раз в год, а
чаще (последний пожар случился 23 июля 2005 г.), пусть с небольшими по
масштабам, но довольно неприятными для населения последствиями. Майские
взрывы в Хмельницкой области (поселок Цветоха) и июльские в Новобогдановке
свидетельствуют о полной неспособности нынешнего руководства Министерства
обороны Украины организовать работу по обеспечению взрыво- и
пожаробезопасности вверенных арсеналов. Возможно, аналогия будет неуместной,
но именно при гражданском министре обороны Евгении Марчуке случились два
взрыва на складах боеприпасов в Артемовске Донецкой области и Новобогдановке
Запорожской области, соответственно в 2003 и 2004 гг. То же происходит и в
новом "гражданском" МО.
    Военное руководство таких вольностей себе не позволяло, хотя именно при
нем в целом сложилась тупиковая система утилизации. Изначально к процессу
применялся коммерческий подход, что, собственно, позволило уничтожить некую
часть боеприпасов, но в целом не дало значимых результатов. Военные
признают, что эффективная система утилизации устаревших боеприпасов так и не
была создана. Нынешняя отличается крайней разбалансированностью и
неэффективным использованием бюджетных средств. С этими характеристиками
намертво связаны "кадровые колоды" военного ведомства, которые в зависимости
от руководства делят скудный бюджет утилизации. Сюда можно причислить и
межведомственные склоки, случающиеся после очередного ЧП. И, конечно же,
неизменным остается общий фон: масштабная угроза для государства. Чтобы
преодолеть ее, необходима зарубежная помощь, поскольку свои бюджетные
средства исчезают в неизвестном направлении.
    ВЕЧНАЯ СТАТИСТИКА
    Цифры и данные по боеприпасам, подлежащим утилизации, уже традиционно
остаются неизменными, что является первым показателем эффективности
использования бюджетных средств. С 1995 по 2005 г. на Украине действовала
госпрограмма утилизации, целью которой было уничтожение 320 тыс. тонн
боеприпасов. Реальная цифра оказалась намного скромнее - 172 тыс. т, при
этом немедленной утилизации дожидаются 244 тыс. т боеприпасов, в том числе -
24 тыс. т ракет. В дополнение к имеющимся "срочным" цифрам за год устаревает
10-15 тыс. т боеприпасов, свою долю добавляют арсеналы в ходе сокращения
армии.
    По данным замминистра обороны Украины Владимира Терещенко, сейчас на 159
объектах Минобороны Украины хранится 2,5 млн. т боеприпасов, которые до 2018
г. придется полностью утилизировать. Уже в нынешнем году уничтожения требуют
500 тыс. т боеприпасов и ракет. А возможности государственных и коммерческих
структур, которые работают в сфере утилизации, позволяют уничтожать только
около 25 тыс. т в год. Объемы работ со скрипом можно повысить до 60-65 тыс.
т боеприпасов в год, затем увеличить до 100 тыс. т и, таким образом, за
15-18 лет полностью решить проблему.
    Любой план проверяется жестокой реальностью, а она такова: промышленных
мощностей по утилизации на Украине недостаточно, и 60-65 тыс. т в год - это
максимальный предел наших скромных возможностей. Но достичь его довольно
сложно, поскольку бюджетные ассигнования на решение проблемы крайне
ограничены, к тому же выделяются неритмично. В 2005 г. их поступление
запланировано только на четвертый квартал, до этого момента на утилизацию
можно отдавать только выгодные боеприпасы. Но продажа продуктов переработки
в нынешней ситуации невозможна - уже год действует запрет Минтруда на
производство промышленной взрывчатки из продуктов утилизации боеприпасов.
Кроме того, распоряжением президента Украины, появившимся после событий в
Новобогдановке в 2004 г., запрещено проводить первичную разборку боеприпасов
на местах их хранения. Мера эта оправдана, но не учитывает увеличения
стоимости самой утилизации: на транспортировку боеприпасов до предприятия
затрачивается около 60% общей стоимости работ по уничтожению. И здесь есть о
чем задуматься.
    Ответственность за хранение и пожаробезопасность арсеналов возложена на
МО, однако средства на осуществление этих мер в 2000-2005 гг. из бюджета
либо не поступали, либо направлялись после очередных ЧП с обещанием увеличить
ассигнования в следующем бюджетном году. Но со временем данные обещания
никак не проявлялись в строчках госбюджета. Те средства, которые все-таки
доходили до министерства, расходовались в основном на организацию
"прибыльного уничтожения": подрядчики предпочитали работать с боеприпасами,
которые после переработки оставляли цветные металлы и взрывчатку, годную для
конверсионного применения. Теперь их практически нет, как нет и денег на
организацию исследований по разработке технологий уничтожения "сложных"
устаревших боеприпасов.
    Собственно, подходы МО к решению проблем, которые ведомство никак не
хочет уступать другим, жаждущим подключиться к процессу распределения хоть и
ограниченных, но государственных средств, наглядно иллюстрирует пример
Новобогдановки. Изначально было известно, что на территории арсенала
находится 36-40 тыс. т неразорвавшихся боеприпасов (из них около 60 тыс.
штук снарядов реактивных систем залпового огня), которые к тому же
подверглись действию огня и взрывам. Поэтому химические свойства взрывчатых
веществ в них кардинально изменились, обезвредить их - значило бы рисковать
жизнью саперов. Казалось бы, ответ лежит на поверхности, но в 2004 г., сразу
после ЧП, на приведение в безопасное состояние заминированной базы N 275
Минобороны получило больше 500 тыс. долл. (3,4 млн. гривен), на которые
оплатило работы госпредприятия "Укроборонсервис" по очистке территории от
боеприпасов. Как позже выяснилось, приведение пострадавшего района и 275-й
базы в безопасное состояние было невозможно еще на этапе подготовки
технического задания. Для установления этого факта потребовался еще год:
деньги почти съедены, результата нет. Вместо него - очередное
самопроизвольное возгорание с последующим взрывом, которого могло бы не
быть.
    ПРОСТОТА ХУЖЕ ВОРОВСТВА?
    Теперь проведение работ МО пытается деликатно переложить на Министерство
по чрезвычайным ситуациям, ведь разминирование - обязанность соседнего
ведомства. В ответ министр по чрезвычайным ситуациям Давид Жвания, видимо,
решив не мелочиться, предложил полностью передать вопрос утилизации
армейских боеприпасов в ведение МЧС. Вряд ли Минобороны на это пойдет.
    Хотя боеприпасы и приносят иногда огорчения, но кто откажется от денег,
особенно во время осознания политиками реальной угрозы со стороны пока что
отдельно взятой Новобогдановки. По заявлению секретаря Совета национальной
безопасности и обороны Украины Петра Порошенко, в течение 10 дней (начиная с
27 июля) будет разработан четкий план, "чтобы здесь наконец-то начались
работы". Сразу после ЧП секретарь СНБО заявил, что программа по ликвидации
последствий в Новобогдановке будет предполагать реальный объем
финансирования, ответственных за реализацию каждого этапа ликвидации
последствий и конечный срок ликвидации последствий. За 3-4 года и за 140
млн. гривен (почти 30 млн. долл.) территория может быть очищена силами
украинских специалистов. Вернее, боеприпасы будут уничтожаться методом
подрыва, что, собственно, было очевидно (в виде механизма утилизации) еще
год назад. В этой связи даже есть любопытное предложение от
незаинтересованных в дележе бюджетных денег экспертов: бомбардировщики Су-24
с авиабомбами, снаряженными объемно-детонирующей смесью, отлично заменяют
саперов, да и пилоты смогли бы лишний раз потренироваться. Но простой путь -
не значит выгодный.
    Украинские военные очень благосклонны к заграничным технологиям и
специалистам. Они готовы истратить весь оборонный заказ, чтобы получить
современные достижения западной мысли, будь то модернизация техники или
привлечение иностранных технологий по утилизации тех же боеприпасов.
Комментируя событие в Новобогдановке, находившийся в Израиле министр обороны
Украины Анатолий Гриценко высказался за привлечение к решению "боеприпасных"
проблем израильских фирм с их технологиями. Суть своих предложений министр
не детализировал. А вот его заместитель Владимир Терещенко буквально за
неделю до трагедии в одном из интервью сказал, что привлечение израильских
компаний слишком дорого стоит и также растянуто по времени. По его словам,
как правило, чем безопаснее метод, тем больших он требует финансовых затрат.
"Израильские компании, например, нам предлагали применить для разминирования
роботов, - сообщил Владимир Терещенко. - Но мы знаем продуктивность такой
робототехники и ее стоимость. С учетом объемов работ на это уйдут годы и
годы, а также громадные средства". Неужели позиция МО и его руководителей
так кардинально изменилась после посещения Анатолием Гриценко Израиля? Или
министр не был знаком с уже существующими выводами?
    Кстати, на Украине есть собственные научно-исследовательские центры и
мощности по утилизации. Рядом, в России, находятся основные разработчики
всей номенклатуры советских боеприпасов, и логичнее было бы обратиться к
ним. Но, как уже отмечалось, простые пути - не наш метод. Гораздо удобнее
проводить многочисленные встречи по обсуждению насущных утилизационных
проблем, обращаться с призывами к НАТО о предоставлении технологий и
экспертной помощи, знакомиться с западным опытом и даже изучать возможность
реализации избыточных боеприпасов (с завершающимися гарантийными сроками).
Если захочется экзотики - вот вам китайские предложения по утилизации (надо
полагать, по сходной цене, ниже украинской), которые пообещал Петр Порошенко
после визита в Китай.
    Но все это слишком далеко от мысли, что проблема утилизации боеприпасов
только внутренняя, за иностранные средства любой донор вправе требовать
участия собственного подрядчика, который вряд ли захочет делиться прибылью с
украинскими предприятиями.
    КРАЙНИЙ ВСЕГДА СОЛДАТ
    Кроме того, пора назвать ведомство, ответственное за данный процесс,
чтобы не искать каждый раз "крайнего" солдата, неосторожно покурившего возле
склада боеприпасов или "диверсантов", вознамерившихся испортить празднование
очередного 9 Мая на Украине. "Многоголосье" советчиков только укрепляет
существующее "многоглавие" военных и гражданских, разрабатывающих программы,
обсуждающих проблемы и распределяющих бюджетные источники. Нет только одного
ответственного за все результаты. Существующие предложения создать наивысший
орган координации приведут только к усовершенствованию бюрократии, а,
следовательно, и коррупции. Даже нынешняя схема - МО хранит боеприпасы и
организует их утилизацию, а предприятия Министерства промышленной политики
ее проводят, - позволяет сделать немало. Главное - захотеть, можно даже не
дожидаться очередного ЧП или ценного указания сверху. Но последовательное
решение вопроса иначе как в категорию фантастического вписать нельзя. В
утешение себе вспоминается высказывание одного из специалистов по
гуманитарному разминированию: "Если бы все средства, которые тратятся в мире
на обсуждение вопросов борьбы с противопехотными минами, пустить
непосредственно на их уничтожение, проблема была бы уже давно решена".
       Н.Печорина, "Военно-промышленный курьер", 10-16 августа 2005 года
       http://www.vpk-news.ru/article.asp?pr_sign=archive.2005.96.articles.cis_02

    РОССИЯ
    Российская промышленность готовится уничтожить рекордное количество
вооружений
    До середины августа на рассмотрение правительства будет внесен теперь
уже окончательный вариант федеральной целевой программы <Промышленная
утилизация вооружения и военной техники (2005-2010 гг.)>. Последний раз
кабинет министров обсудил ее 28 июля в закрытом режиме. Докладывал глава
Минпромэнерго Виктор Христенко.
    Главное отличие новой программы в том, что ликвидацией устаревшего
вооружения и военной техники (ВВТ) будет заниматься не Министерство обороны,
а промышленность. Специалисты признают: такой масштабной задачи перед
промышленностью не ставилось со времен Великой Отечественной войны. Только
тогда надо было производить вооружение в сжатые сроки, сейчас - уничтожать.
    Понимание того, что утилизацией оружия должны заниматься те, кто его
производит, пришло постепенно. В 1999 году постановлением правительства
утилизация атомных подводных лодок (АПЛ) была возложена на тогдашний
Минатом, который скооперировался с судостроителями и военными
судоремонтниками. Процесс пошел хорошо, и в марте 2001 года <Росавиакосмосу>
передали утилизацию стратегических наступательных вооружений (в основном
ракет наземного и морского базирования). Наконец в 2004 году после
ожесточенных дискуссий вышло еще одно распоряжение правительства, по
которому генеральным заказчиком и координатором утилизации ВВТ становится
Министерство промышленности и энергетики. Соисполнителями стали <Роспром>,
который займется утилизацией вооружения и военной техники общего назначения,
а также <Росатом>. За ним остается разделка подводных лодок и надводных
кораблей, а также закрытая подпрограмма утилизации ядерных зарядов.
    С июля прошлого года представители всех входящих в пул "убийц оружия"
организаций, включая Минобороны, разрабатывали программу, находя
компромиссы, чтобы удовлетворить интересы всех исполнителей. И, конечно,
увязать с возможностями бюджета.
    Порядок утилизации стратегических вооружений определен договорами СНВ-1,
СНВ-2 и недавним - о сокращении стратегических наступательных потенциалов.
В области обычных вооружений руководством к действию стал Договор об обычных
вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Его еще называют договором о фланговых
ограничениях. Этот документ не нормирует вопросы утилизации, но жестко
определяет количество и номенклатуру вооружений по географическим регионам.
    Количество российских вооружений и военной техники, подлежащих утилизации,
потрясает: около 5 тыс. крылатых ракет, 30 тыс. зенитных ракет, 40
бомбардировщиков, около тысячи других самолетов и вертолетов, около 500
стратегических ракет наземного и морского базирования, свыше 300 спускаемых
космических аппаратов от военных информационных спутников, 84 атомные
подводные лодки, 16 судов атомного технологического обеспечения... Все это
копилось многие годы, а сегодня опасную рухлядь подчас нельзя даже
транспортировать. Одних танков после распада СССР было около 60 тыс. единиц.
На складах сегодня сосредоточены десятки тысяч вагонов снарядов и патронов.
Многие из них с истекшими сроками хранения. Всего боеприпасов - свыше 5
млрд штук, большая часть физически устарела, взрывы и пожары на арсеналах
стали регулярными. А негодные снаряды все прибывают - армия в последние
годы сокращалась весьма интенсивно.
    Непосредственно за практические работы по ликвидации этих гор оружия
будет отвечать Федеральное агентство по промышленности. Промышленность
никогда всерьез утилизацией ВВТ не занималась, и работа предстоит тяжелая.
<Имеющиеся мощности по утилизации распределены неравномерно по видам
вооружений и военной техники, - сокрушается заместитель руководителя
Федерального агентства по промышленности Игорь Гаривацкий. - Со снарядами
еще худо-бедно есть опытные установки. В патронной же области, где
количество <изделий> измеряется миллиардами, мощностей явно недостаточно.
Поточные линии существуют пока лишь на бумаге>. Действительно делаются
патроны с тактом в полсекунды, и уничтожать их нужно в том же темпе. Иначе
опять пойдет накопление. Много проблем и с нормативной базой. Когда
утилизацией занималось Минобороны, собственник тех же патронов не менялся.
Сейчас картина другая.
    Огромная масса списываемого вооружения и военной техники представляет
собой немалую ценность. В Минпромэнерго подсчитали: за пять лет реализации
программы может быть получено около 1400 тыс. тонн черного металла, 350 тыс.
тонн цветного и около 35 тонн. драгоценных металлов, в том числе до 6 тонн
золота, платины и металлов платиновой группы. В денежном исчислении за
реализацию того, что останется после разделки вооружения и военной техники,
может быть выручено 13,3 млрд руб. Однако пойдут они на обеспечение той же
утилизации.
    Всю программу Минпромэнерго оценил в 73,15 млрд руб. Из бюджета на пять
лет будет выделено 26,6 млрд руб. Солидная часть этой суммы пойдет на
научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) - надо же
выработать технологии утилизации для новых изделий, которые раньше не
уничтожались.
    Как и в госпрограмме химического разоружения, расчет делается на солидную
иностранную помощь - в 33,2 млрд руб. При расчетах исходили из размеров
уже поступающей среднегодовой помощи - 160 млн долл. Давали в основном
Соединенные Штаты - в рамках программы совместного сокращения угрозы.
Американцы на проекты сокращения стратегических ракет уже потратили примерно
1,2 млрд долл. И здесь, как при уничтожении отравляющих веществ, по словам
директора департамента оборонно-промышленного комплекса Минпромэнерго Юрия
Коптева, выделение помощи часто сопровождается неприемлемыми условиями,
навязыванием невыгодного России механизма инспекций. Но отказываться от
такого источника средств российская сторона не хочет.
    Утилизация пойдет по четырем направлениям: обычные вооружения,
ракетно-космическая техника, атомные субмарины и надводные корабли,
специзделия <Росатома>. В рамках программы будет создано семь региональных
центров на базе 11 предприятий ОПК, в основном боеприпасной отрасли - в
Центральном, Северо-Западном, Уральском, Сибирском, Дальневосточном регионах
и в Поволжье. Всего будет создано примерно 20--22 тыс. рабочих мест. Эта
промышленная инфраструктура после выполнения программы утилизации может быть
использована для переработки гражданских промышленных отходов.
    Одна из основных задач нынешней целевой программы - избавить Министерство
обороны от не свойственной ему функции, чтобы люди в погонах занимались
боевой учебой. Но нельзя не учитывать, что военное ведомство долгое время
занималось утилизацией, создало собственную инфраструктуру - более сотни
федеральных государственных унитарных предприятий, которые заняты ремонтом
различной техники, переориентировали на ликвидацию ВВТ. Нанимались фирмы и
структуры со стороны. Они тоже допускались к дележу <пирога>.
    А <пирог> был хорош. По данным помощника министра промышленности и
энергетики Владимира Лященко, ежегодно Минобороны из продуктов утилизации
<добывал> только золота около 4 тонн. В 1995-1997 годах, когда гнали под
нож аппаратуру с большим количеством драгметаллов, одного серебра сдавали в
год по 140 тонн, золота - по 6,5 тонны. Для сравнения, в России средний
прииск добывает в год 8-10 тонн. Минобороны имело право вырученные от
реализации деньги использовать на социальные нужды военнослужащих.
    В отсутствие программы и четкого разделения ответственности, уверен Юрий
Коптев, утилизацию вооружения можно превратить в псевдокоммерцию и источник
дохода. Дело это, по его мнению, <хлебное>. Теперь все минобороновские
структуры останутся, что называется, без хлеба (хотя предприятия Минобороны
могут на равных участвовать в конкурсе, объявленном Федеральным агентством
по промышленности). А в этих фирмах трудится большое количество некогда
высокопоставленных военных, уволенных в запас. Они, конечно, пролоббируют
свои интересы, пользуясь оставшимися связями.
    Противодействие военных новой программе уже ощущается - в частности,
в процедурных вопросах. Промышленность ожидает их контрнаступления через
Госдуму, Совет Федерации и банки. Так что самое интересное в борьбе за
государственный подряд, наверное, впереди. Тем более что программа наверняка
будет работать и после 2010 года - пик поступления оружия на утилизацию, по
расчетам, придется на 2012-2013 годы.
     Н.Поросков, "Время новостей", 3 августа 2005
     http://www.vremya.ru/print/131131.html

**************************************************************
* Бюллетень выпускается Союзом "За химическую Безопасность"  *
*                       (http://www.seu.ru/members/ucs)      *
* Редактор и издатель Лев А.Федоров.   Бюллетени имеются на  *
* сайте:     http://www.seu.ru/members/ucs/chemwar           *
* **********************************                         *
* Адрес:  117292 Россия, Москва, ул.Профсоюзная, 8-2-83      *
* Тел.: (7-095)-129-05-96, E-mail: lefed@online.ru           *
**************************     Распространяется              *
* "UCS-PRESS" 2005 г.    *     по электронной почте          *
**************************************************************

Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск 404 Not Found

404 Not Found


nginx/1.12.2

Специальные проекты

ЭкоПраво - для Природы и людей

ЭкоПраво

Экорепортёр -
   Зелёные новости

Система добровольной сертификации

Система
   добровольной
   сертификации

Ярмарка
   экотехнологий

Экология и бизнес

Знай, что покупаешь

За биобезопасность

Общественные
   ресурсы
   образования

Информационные партнёры:

Forest.RU - Всё о российских лесах За биобезопасность Совет при Президенте Российской Федерации по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Центр экстремальной журналистики

Обмен баннерами