Международный Социально-экологический Союз Международный Социально-экологический Союз
  О нас | История и Успехи | Миссия | Манифест

Сети МСоЭС

  Члены МСоЭС
  Как стать
  членом МСоЭС

Дела МСоЭС

  Программы МСоЭС
  Проекты и кампании
   членов МСоЭС

СоЭС-издат

  Новости МСоЭС
  "Экосводка"
  Газета "Берегиня"
  Журнал Вести СоЭС
  Библиотека
  Периодика МСоЭС

Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск

     ##################################################################
    ##########      ЭКОЛОГИЯ И ПРАВА ЧЕЛОВЕКА       ****************##
   #######**** ****************************************************##
  ####      Сообщение ECO-HR.1768, 7 июня 2005 г. ****************##
 ##################################################################
                                   Право на общественную активность


                 АВТОРИТАРИЗМ И ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ


    Мобилизация ресурсов экологического общественного движения в
условиях усиления авторитаризма
    Российское общественное экологическое движение, безусловно, имеет ярко
выраженную специфику в мировом контексте инвайронментальных общественных
инициатив. Но мировая общественная система в значительной мере развивается по
общим законам. В связи с этим западные теории общественных движений дают не
только хорошие объяснительные возможности в анализе движений, в том числе и
в России, но также позволяют выявлять новые ресурсы для развития движений,
адекватные конкретному историческому периоду развития общества.
    В соответствии с господствовавшей на Западе в 50-60-е годы в рамках
социологии общественных движений научной школы (Т.Гарр, Н.Смелзер),
коллективное поведение (общественное движение) возникает как результат
индивидуального недовольства и неудовлетворенности, что, в свою очередь,
порождается структурной напряженностью социальной системы, связанной, как
правило, с быстрыми социальными изменениями. В качестве источников,
порождающих социальное напряжение, исследователями назывался широкий спектр
структурных изменений, включая экономические кризисы, ускорение технического
прогресса, миграцию, урбанизацию. Коллективные действия в рамках этих
теорий рассматривались не как позитивное движение с осознанными целями, а
скорее как иррациональный ответ разобщенных индивидов, который возникает вне
рамок институционального поведения и общепринятых норм. Другими словами,
общественные движения рассматривались скорее как патология, нежели норма.
    Анализ общественных движений в России с позиций парадигмы коллективного
поведения 50-60-х гг. показывает, что она проигрывает многим теоретическим
подходам, разработанным в последующие годы из-за недооценки ее авторами роли
государства. Здесь не рассматриваются изменения политической структуры с
точки зрения их влияния на развитие коллективного действия. Но, в
постсоветском обществе переходного периода роль государства в побуждении и
сдерживании общественной активности не может быть вторичной.
    Новое направление научной мысли в социологии общественных движений
возникло (Ч.Тилли, У.Гэмсона, А.Обершолла, М.Залда и Дж.Мак-Карти), главным
образом, как реакция на неудачные попытки теории коллективного поведения
адекватно объяснить взрыв общественной активности в США в конце 60-х, начале
70-х. Это направление, получившее название теории мобилизации ресурсов,
сосредоточило внимание на ресурсах и мобилизационных возможностях
организации как решающих факторах возникновения общественных движений. По
моему мнению, эта теория не только предоставляет хорошие возможности для
анализа эмпирического материала о развитии общественных движений на
территории бывшего Советского Союза, но и позволяет определять новые ресурсы
для развития общественных движений. В последующие годы теория мобилизации
ресурсов получила развитие в теориях структуры политических возможностей
(С.Терроу, Д.Рухт, Б.Кландерманс).
    Согласно теории мобилизации ресурсов, недовольство, неудовлетворенность
должны рассматриваться в лучшем случае как вторичный фактор. Все типы обществ
обладают достаточным потенциалом недовольства для развития общественных
движений, однако возникновение движения зависит от ресурсов, которыми
располагает общество и мобилизационных возможностей организации по их
привлечению и использованию. Дж.Мак-Карти и М.Залд утверждали, что <в точке
своего экстремума вся совокупность недовольства должна поддерживаться
доступными материальными и человеческими ресурсами>.
    В отличие от теории коллективного поведения, пренебрегающего в основном
социально-политическим контекстом, в котором разворачивается общественная
активность, теория мобилизации ресурсов исходит из представления о том, что
изменения политической и социальной структур могут создавать принципиально
новые предпосылки, от которых зависит объединение участников в движение и
возможность достижения поставленных ими целей. Кроме того, как уже
упоминалось, сторонники теории мобилизации ресурсов уделяют значительное
внимание роли государственной структуры в побуждении  и сдерживании
групповой активности.
    Выделю четыре принципиальных аспекта мобилизационного процесса:
 РЕСУРСЫ: Какие ресурсы наиболее важны для возникновения, развития движения
и успешного  достижения поставленных им целей?
 МОБИЛИЗАЦИЯ: Каким образом социальные и политические структуры создают
возможности для мобилизации? Кто вовлекается (<рекрутируется>) в движение?
Каков <бассейн рекрутирования> движения? Какова роль участников?
 ОРГАНИЗАЦИЯ: Какие формы организации наиболее эффективны для достижения
целей?
 РЕЗУЛЬТАТ: Какие факторы следует считать ключевыми в развитии движения?
    Перейдем к конкретике. Начнем с того, какие факторы в развитии
современной российской политической системы препятствуют развитию движения,
а какие напротив являются его ресурсом.
    Прежде всего, наблюдается сужение публичной политики. Начиная с конца
1999 года очевидно стремление власти превратить собственно политические
органы - представительные и законодательные - в <технических> исполнителей
решений административных инстанций. <Политика> становится, чуть ли не
бранным словом, которому противопоставляется <дело>. Дискуссии по поводу
возможных путей развития страны, трансформации различных общественных сфер
не допускаются, а сама идея их проведения всячески дискредитируется. В этом
отношении показательна уже первая предвыборная кампания В.В.Путина, в которой
он фактически не участвовал как кандидат с определенной программой,
оппонирующий другим политикам. Внутри же законодательных органов (от
Государственной Думы и ниже) роль обсуждения нормативных актов, бюджета,
ситуации в стране и регионах как политического института постоянно снижается.
Они становятся машинами по вотированию <высочайших решений>.
    Помимо этого, уменьшается возможность в политико-административной сфере
представлять интересы различных групп населения. Технически это
осуществляется посредством реформы избирательной системы и способа
формирования представительных и административных органов власти, как
местных, так и федеральных. В политике расширяется сфера назначения в ущерб
выборности. Происходит <закупорка> каналов связи населения и публичной
власти. Власть становится всё менее прозрачной для населения и всё более
ему неподконтрольной.
    Само политическое пространство организуется таким образом, чтобы в нем
в наименьшей мере смогли бы действовать не контролируемые властями
ассоциации и организации граждан. Достигается это политико-административными
и правовыми способами. Последние в условиях <фасадной> демократии особенно
важны, поскольку создают иллюзию правовой обоснованности, легальности и
легитимности. В качестве примера можно назвать запрет создавать региональные
партии, высокий членский ценз для федеральных партий и т.п.
    К сужению публичной политике можно отнести и постоянные попытки
(административные и законодательные) ограничить право граждан на
непосредственное выражение своего отношения к действиям органов власти в
форме митингов, демонстраций, шествий.
    Кроме этого, весьма негативно на возможность граждан участвовать в
политическом процессе действует выстраивание так называемой <вертикали
власти>. Опасность ее заключается, во-первых, в действии ее по преимуществу
на основе внутриведомственных (бюрократических) норм и положений, что
снижает возможный ее контроль со стороны общественности. Во-вторых, данная
вертикаль объективно действует угнетающе на все ростки местного
самоуправления и локальных инициатив. Она их просто сминает как конкурентов
в силу своей административной логики, подкрепленной помимо всего и
исторической практикой и традиционностью доминирования в России
административных инстанций.
    В этих условиях низовая инициатива российских граждан оказывается вне
потребностей официального общества. Она подменяется организацией сверху
митингов, иных публичных мероприятий, общественных организаций и инициатив
(<Единая Россия>, <Наши>, <Идущие вместе> и т.п.). Такая невостребованность
гражданственности естественно негативно влияет на само гражданское общество.
    Вместе с тем, сама такая подавляющая ситуация может породить и
потребность в консолидировании людей и групп на основании отстаивания своих
общих и локальных интересов, <не умещающихся> в официально-властное видение.
    Социальная ситуация характеризуется продолжающимся увеличением
социального фрагментирования российского общества. Разрыв между десятью
процентами богатых и десятью процентами беднейших по уровню доходов и
потребления достигает по разным оценкам от 12 до 20 раз. Доля бедных
колеблется в зависимости от расчетов от 30 до 60 процентов населения.
Следствием такого положения является, во-первых, социальная разобщенность.
Во-вторых, усиливающаяся социальная напряженность, в том числе в форме
снижающейся толерантности (социальной терпимости) и социального доверия
между индивидами и социальными группами. В-третьих, ориентация значительной
части населения на удовлетворение, прежде всего, материальных (жизненных)
потребностей. В-четвертых, как следствие, усиление, а в некоторых группах
населения (особенно молодежи) и доминирование потребительских ценностей,
связанных с определенными образцами поведения, концентрирующихся на
достижении материальных благ и выходу за пределы общественных интересов.
На усиление и распространение последнего работает подавляющее число СМИ.
Можно даже говорить о целенаправленной пропаганде ценностей общества
потребления и создание общности потребления как нового идеологического
единства российского народа.
    Однако, в рамках этой потребительской гонки возникает существенный
вопрос о качестве потребления и - шире - качестве жизни. При умелой
пропаганде здесь вполне может найтись место и для экологических ценностей.
    Далее остановлюсь на кратком анализе других возможных ресурсов в
развитии движения.
    Непосредственным ресурсом в развитии экологического движения является,
например, сама экологическая ситуация. Экстенсивное и хищническое освоение
природных ресурсов, устаревшее производственное оборудование, архаичные
технологии производства и, наконец, нарастающий экспорт вредных производств
и отходов производства из-за рубежа продолжают наращивать и множить число
экологических проблем. Реальностью становятся техногенные катастрофы. Эти
факты находят все больший отклик в сознании россиян. Кроме того, неуклонно
ухудшается состояние здоровья населения нашей страны. Растет число
заболеваний экологической этиологии (онкологические заболевания, аллергозы,
болезни верхних дыхательных путей, кожные заболевания и т.д.). Данные
социологических опросов показывают рост недовольства населения бездействием
властей по поводу решения экологических проблем. В данном случае именно
фактор неудовлетворенности качеством жизни в связи с неудовлетворительным
состоянием окружающей среды может стать ресурсом вовлечения новых сил в
общественное экологическое движение. Но даже если такое движение по ряду
других причин не станет массовым, то можно рассчитывать на рост
общественного одобрения деятельностью экологических объединений и
организаций.
    Социальная база движения.
    В социологии общественных движений экологическое движение относится к так
называемым <Новым> движениям. В эту классификацию наряду с экологическими
попадают также правозащитные, женские, антивоенные движения. В основе
классификации лежат положения теории постиндустриального общества,
объясняющие появление <постматериалистических ценностей> (Р.Инглехарт).
Именно эти ценности составляют идейную базу движений. А основным носителем
постматериалистических ценностей является на Западе средний класс. В России
появление среднего класса как устойчивой и многочисленной социальной
группы дело не близкого будущего. В этих условиях в усилении социальной базы
движения перспективным видится блокирование с другими <Новыми> движениями.
Такое блокирование может объединять и усиливать некоторые ресурсы, тем самым,
увеличивая их, либо создать новые ресурсы, особенно в использовании различных
стратегий и тактик движения. В усилении социальной базы, вне всякого
сомнения, важнейшее направление - это вовлечение в движение молодых. Факт
тривиальный. Но и здесь возможен поиск новых путей. В частности, следует
использовать склонность молодежи к активным действиям, к поиску нового.
Привлекательной может стать соревновательность, конкурентность, конкурсность.
В каждой конкретной ситуации, в каждой данной местности (регионе) важно
обозначить <бассейн ректутирования движения>. Здесь серьезным подспорьем
могут стать социологические опросы, которые способны выявлять
социально-демографические группы населения, готовые к вовлечению в
общественные инициативы.
    Стратегии и тактики движения.
    Важен оптимальные выбор. Соответствие тактик стратегиям движений.
Разумное сочетание политических и неполитических тактик движения. С учетом
специфики политической ситуации эффективным может стать частичный возврат
к основным тактикам 80-х, так называемым тактикам неконвенционального
участия, тактикам активного протеста. Это - митинги, демонстрации,
забастовки, перекрытие движения, захват зданий. Следует внимательнее
присмотреться к таким реалиям сегодняшнего дня, как лоббирование,
организация PR-кампаний. PR-план должен сопровождать сегодня практически
каждое экологическое мероприятие.
    Мощным ресурсом в развитии движения являются СМИ.
    На этом пути основные ресурсы уже вовлечены. Кроме того, политическая
ситуация резко снизила и продолжает снижать возможности этого фактора в
развитии движения. Тем не менее, и в этой сфере следует искать новые
возможности. В частности, в малых городах и в отдельных районах крупных
поселений возможно размещение стендов с оперативной информацией. В конце
80-х, начале 90-х эта форма информирования была очень эффективной.
Перспективным видится направление судебных разбирательств по поводу сокрытия
экологической информации. Может дать хорошие результаты работа по воспитанию
новой генерации зеленых журналистов, путем организации специальных
семинаров, круглых столов, конференций, организацией конкурсов.
    Отношения с официальной властью.
    Взаимодействие, компромисс (там, где возможно), сотрудничество с
официальной властью - несомненный ресурс движения. От диалога не следует
отказываться даже в столь сложной политической ситуации, которую мы в
настоящее время имеем. Важно не упускать возможности, связанные с
кратковременными политическими акциями и компаниями властей, которые, как
правило, носят откровенно декларативный и популистский характер. Но под
нишей этих пустых по своей сути кампаний движение может частично
реализовывать собственные цели и задачи. Еще один аспект взаимоотношения с
властью - институционализация экологического движения. Здесь много негативных
моментов. Нередко политики используют экологический трамплин для вхождения
во власть. Но когда реальные зеленые силы становятся представителями
властных структур, они очень много могут сделать для развития зеленого дела.
    Финансовая политика.
    Сложное и проблемное направление. Здесь ситуация может радикально
ухудшиться в любой момент. Власть ведет активную работу по сокращению
финансовой помощи общественных организаций из-за рубежа. Многие общественные
и научные фонды сворачивают свою деятельность в России. Здесь ситуация в
сторону негатива может развиваться ураганно. Наиболее перспективным, хотя
и весьма трудным направлением видится взаимодействие с российским бизнесом
и поиск внутренних ресурсов финансирования. Задачи в сфере финансовой
политики столь актуальны и сложны, что необходимы корпоративные усилия по
выработке общей программы с обозначением конкретных стратегий и тактик. В
выработке такой политики не следует пренебрегать и малоемкими финансовыми
направлениями, такими, например, как коммерческая деятельность, поиск
пожертвований.
    Привлечение внешних ресурсов.
    Речь в данном случае может идти о привлечении, в частности,
интеллектуальных ресурсов. В первую очередь в университетской и академической
науке. Проведение широкомасштабных комплексных исследований (социологических,
медицинских, психологических), например, в районах повышенного
экологического риска могло бы существенно помочь в самых различных аспектах
деятельности общественного экологического правозащитного движения.
    Организация.
    Западный и российский опыт показывают, что наиболее эффективным в
построении организации является смешанный тип вертикально-горизонтальной
структуры: сильная вертикаль с подчиненностью сверху донизу и
разветвленные сетевые связи.
    Важный фактор успеха - организационное и информационное взаимодействие
организаций. Самым распространенным препятствием в такого рода
объединительном процессе является борьба за лидерство. Хотя конкурентность -
это своего рода ресурс развития, но амбиции в борьбе за лидерство нередко
препятствуют интеграционным процессам. Выход один - учиться договариваться...
    Мобилизация ресурсов правозащитного движения требует разумного и
взвешенного подхода. Крайне важно планировать направления деятельности
каждой конкретной организации и движения в целом, с одной стороны,
максимально привлекая все возможные ресурсы, с другой стороны, направляя
эту деятельность в то русло, где ресурсы наиболее доступны и где их
использование может принести наиболее весомые результаты.
    P.S. При цитировании ссылки на доклад обязательны. Полная версия доклада
будет опубликована в сборнике трудов конференции <Права человека, экология
и гражданское общество>.
    McCarthy J., Zald M. The Trend of Social Movements in America:
Professionalization and Resource Mobilization. Morristown, NJ: General
Learning. 1973. P. 13.
           О.Цепилова, Социологической институт РАН, Санкт-Петербург
                       tsepilova@mail.ru, 7 июня 2005 г.

    Доклад был прочитан на конференции <Права человека, экология и
гражданское общество>, состоявшейся в Подмосковье 3-4 июня 2005 года.

**************************************************************
* Бюллетень выпускается Союзом "За химическую безопасность"  *
*                       (http://www.seu.ru/members/ucs)      *
*   при финансовой поддержке РОО "Открытая Россия" и МСоЭС   *
* Редактор и издатель Лев А.Федоров.   Бюллетени имеются на  *
* сайте:     http://www.seu.ru/members/ucs/chemwar           *
* **********************************                         *
* Адрес:  117292 Россия, Москва, ул.Профсоюзная, 8-2-83      *
* Тел.: (7-095)-129-05-96, E-mail: lefed@online.ru           *
**************************     Распространяется              *
* "UCS-PRESS" 2005 г.    *     по электронной почте          *
**************************************************************

Предыдущий выпуск | Архив | Следующий выпуск

404 Not Found

404 Not Found


nginx/1.12.0

Специальные проекты

ЭкоПраво - для Природы и людей

ЭкоПраво

Экорепортёр -
   Зелёные новости

Система добровольной сертификации

Система
   добровольной
   сертификации

Ярмарка
   экотехнологий

Экология и бизнес

Знай, что покупаешь

За биобезопасность

Общественные
   ресурсы
   образования

Информационные партнёры:

Forest.RU - Всё о российских лесах За биобезопасность Совет при Президенте Российской Федерации по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Центр экстремальной журналистики

Обмен баннерами