Международный Социально-экологический Союз Международный Социально-экологический Союз
  О нас | История и Успехи | Миссия | Манифест

Сети МСоЭС

  Члены МСоЭС
  Как стать
  членом МСоЭС

Дела МСоЭС

  Программы МСоЭС
  Проекты и кампании
   членов МСоЭС

СоЭС-издат

  Новости МСоЭС
  "Экосводка"
  Газета "Берегиня"
  Журнал Вести СоЭС
  Библиотека
  Периодика МСоЭС

На главную страницу кампании
в защиту Беловежской пущи

Охота пуще...

Газета "Белорусская газета" Nr 371 от 3 февраля 2003 г.

Беловежью не повезло с хозяевами

"Пуща станет гуще" - уверенно определила газета "Советская Белоруссия", сообщая читателям благую весть о предстоящем присоединении к национальному парку 25 тыс. гектаров в основном лесных земель. Только вот далеко не все люди знающие - экологи и сами лесники - такой оптимизм разделяют, о чем свидетельствует немалое количество дискуссий только в минувшем году.

ВСЕ ШИРЕ И ШИРЕ

Впрочем, пущу не раз расширяли за счет прилегающих земель, хотя эта уникальная территория в своих строго очерченных пределах находилась, по крайней мере, больше столетия. А тут за какие-то 5-10 лет иные теоретики взялись всерьез обосновывать, что 73 тыс. гектаров боров и болот (именно в таких параметрах выделена была белорусская часть Беловежья в конце войны, когда Сталин подарил польскому правительству ее западный угол) - слишком скромная доля для пущанского ареала. И с середины 90-х начались уточнения, дабы привести знаменитый уголок Европы в праведный вид. Занялись расширением буферной зоны, включив в нее сперва Дмитровичское лесничество, затем Шерешовское и некоторые прочие земли. Вроде бы создали принципиально новый охранный пояс, только где результат? В устройстве среди резервата трехсотлетних "петровских" сосен ЛОХа, огороженного массивной сеткой?

После той добавки площадь Национального парка (так переименовали бывший заповедник) составила уже 111 тыс. гектаров: полякам такое и не снилось. Так нет же, нынешняя дирекция парка внесла в правительство ходатайство. Чтобы приумножить и сохранить уникальные ресурсы - присовокупить к ним еще 25 тыс. гектаров. В брестском ПЛХО называют цифру несколько меньшую, но все равно объем впечатляет. Только из Каменецкого лесничества Брестского лесхоза должно быть отторгнуто 4 тыс. гектаров, из Высоковского - 1,3 тыс. плюс более 4 тыс. гектаров из Пружанского лесхоза.

Во имя чего? Зачитал главному лесничему объединения Владиславу Ганчуку обоснование инициаторов: чтобы упорядочить ведение лесного хозяйства.

Ганчук - человек сдержанный, как того требует и должность, лишь заметил: "Во-первых, это земли, принятые лесхозами несколько лет тому назад от колхозов. Тогда, между прочим, дирекция пущи их брать отказалась. И верно: мороки много. Во-вторых, нашими лесхозами за это время было проведено лесоустройство, организованы и функционируют три новых лесничества, созданы дорогостоящие базы, закуплена техника, вложены значительные средства самих предприятий. Что же касается упорядочения ведения лесного хозяйства, то неплохо бы навести порядок и в самом парке".

В брестских газетах прочитал: после укрупнения площадь Нацпарка дотянет до 145 тыс. гектаров, еще малость - и под свое крыло парк сможет принять "сестру младшую" - Ружанскую пущу: умеем, ежели захотим.

ПО КОМ СОХНЕТ ЕЛЬ

Главная беда, объясняют авторы сей инициативы, в нарушении гидрологического режима, и тут они правы. В достопамятные 60-е гг., в пору ускоренного движения к коммунизму, тоже находились горячие головы, догадавшиеся спрямить реки и речки на территории заповедника, превращая их в сточные канавы. А в итоге - и это, так сказать, гвоздь обоснования дирекции - сохнет в парке ель. На самых что ни на есть заповедных делянках. Только такой авторитет, как заслуженный лесовод страны Михаил Секерич, на мой вопрос: единственная ли это причина - снижение уровня грунтовых вод? - с категорическим ответом не торопился: "Усыхание ельников происходит и в других странах Европы, где мелиорация не проводилась совсем. Возьмите более северные регионы республики, скажем, Двинскую опытную станцию. Благодатный уголок, где водный режим совершенно отвечает потребностям древостоя. Но и там есть участки, где ель, как и в пуще, сохнет. Наконец, по данным архивов, в Беловежье периодически отмечались такие явления и 100, и 200 лет тому назад".

Что предлагают для упорядочения водного режима в конторе парка? Планы грандиозные: строительство водохранилища, устройство прочих сооружений. Правда, в облисполкоме мне не смогли дать конкретный ответ: а как, за счет госбюджета или местных ассигнований, будут проведены такие работы? И почему водохранилище следует непременно вынести за пределы нынешней границы пущи? И, главное, не нарушит ли мощный подпор воды окончательно и бесповоротно сложившийся за десятки тысяч лет водный баланс в лесных массивах?

Кстати, в международной практике имеются куда более эффективные и менее дорогие проекты исправления ошибок покорителей болот. И в пуще такой пример имеется, когда с помощью датчан одна из рек была возвращена в прежнее русло и, представьте, прекрасно себя в нем чувствует. Может, не надо замахиваться на гипотетические идеи, а поразмыслить с чувством, толком, расстановкой?

ЕДА НЕ ДЛЯ ВСЕХ

Но вот еще одно обстоятельство, побудившее дирекцию бить в колокола: нечего есть на исконной территории зверю. Развелось его много, чего стоит перенаселение зубриного стада, вот для того и требуются новые лесные земли. Плотно позавтракают на тех массивах пришельцы и пускай себе возвращаются на место лежек, не причиняя тамошнему растительному миру серьезного вреда.

Процитируем еще раз "Советскую Белоруссию": "Присоединение новых земель позволило бы наладить нормальную кормовую базу для обитателей пущи, защитить их и решить некоторые другие проблемы". Какие другие - оставим разгадывать ребус самой газете, но как быть с "нормальной кормовой базой"? Об этом, кстати, и записано в упомянутом обосновании: оказывается, именно в гослесфонде, закрепленном за окрестными лесхозами, распоясалось племя браконьеров и надо бы призвать их к порядку. И пример есть поучительный: тот же шерешовский массив, огороженный от белого света надежным забором, за которым иногда постреливают интуристы и, что не раз слышали пружанские лесники, совсем близко бодро стучат топоры.

Борис Михалкович - главный лесничий Брестского лесхоза разумеет толк в охоте и повадках зверя. "Не пойдет зверь в эти буферные кварталы, - убежден Борис Николаевич. - У него в наследстве приверженность к родительским местам обитания. За последние годы в Высоковском лесничестве приметили единственного зубра, пришедшего из-за "кордона". Побродил - и назад". И уже серьезнее прибавил: "А уж что касается организации охраны зверя, то, по крайней мере, у нас она не хуже, чем в пущанских вроде бы закрытых угодьях. Не хочу обижать соседей, но пользоваться лишь собственными оценками и не принимать во внимание данные коллег - по меньшей мере, некорректно".

Тут припомнили с лесничим, что ЛОХ Пружанского лесхоза, не огороженный от людей, стал первым в стране, где с согласия исполкома взяли под опеку всю территорию района. И, представьте, хоть областной центр под боком, любители дармовой свеженины пружанские рощи стороной обходят. Так в чем, собственно, заключается кормовая проблема и благосостояние пущанского зверя?

А ларчик открывается просто.

ЛЕС И ПИЛКА

Под шум близкой опушки в центре Нацпарка - Каменюках, привечавших самых знаменитых персон ушедших и нынешних времен, неумолчно гремят моторы лесопильной громадины, закупленной в бытность управляющего Ивана Титенкова за полуторамиллионный валютный кредит в Германии. Не очень, правда, новый агрегат, да и ему - сырье только подавай. И - подают. Желающие, если смогут проникнуть, минуя бдительное око ОМОНа, на территорию промузла, сумеют насладиться более чем богатыми запасами еще неразделанных хлыстов. Показывали на делянках и штабеля засыпанного снегом сырья, брошенного с лета. Специалисты утверждали: такими объектами оперируют разве что в крупных лесхозах. Причем рубки ведутся и в охранных зонах. - А елка-то сохнет! - так и предвижу негодующий возглас кого-нибудь из пущанского начальства.

Увы, сохнет, и вот уже пару лет в Беловежье ведется с этой хворью и разного рода короедами-разбойниками борьба не на жизнь, а на смерть. Скорее, насмерть, потому вырубаются, о чем не раз писали сами работники пущи, не только усохшие, но и заболевшие и даже здоровые деревья. Пресловутая сплошная санитария приняла такой масштаб, что всерьез обеспокоила научную общественность и простых ревнителей природы, в т.ч. за рубежом. Минприроды вынуждено было создать специальную комиссию из числа авторитетных специалистов, которые своим большинством осудили подобную практику и предложили дирекции парка прекратить произвол.

Грустная ведь истина: любой уважающий себя служитель заповедных резерватов не позволит срубить дерево, на котором зеленеет хотя бы единственный сук: потому-то и является данная роща заповедной.

В ВИЗЕ - ОТКАЗАТЬ

Ох, напоминает автору этих строк давняя уже история заочного знакомства с г-ном Бамбизой. Случилось это тогда, когда означенный деятель руководил другим нацпарком - Припятским. "Въездную визу" на предмет знакомства с массивами, присоединенный подобным образом, как нынче в Беловежье, к парку в Полесье, от Николая Николаевича я не получил. Предложено было обратиться за дозволом в ведомство Титенкова. Но то, что показали мне инженеры объединения "Житковичилес", провезя потаенными проселками в дубравы под Петриковом, привело в горестное недоумение: вместо лучших в Восточной Европе рощ - искореженные комли, обрезки, изломанные молодые деревца. Статья "Печальный шелест дубравы", опубликованная в "Лесной газете" (Москва), имела резонанс, ее перепечатали в республике. На место варварского разбоя, иного слова не подберу, из столицы и Гомеля наезжали солидные проверяющие, автору обещано было ответить за клевету, да как-то все на тормозах спустилось на грешную землю. Говорили, правда, что те обломки днем и ночью с делянок вывозили в неизвестном направлении, так что их местонахождение по сей день неведомо, а г-н Бамбиза в скором времени был направлен на более ответственный участок - сюда, в пущу.

То решение комиссии Минприроды, как и следовало ожидать, было опротестовано: утонуло в согласованиях и выяснениях, в бодрых интервью некоторых ее участников - и по сей день бригады лесорубов, набранных в разных регионах, исправно стоят на вахте. - А что же ты хочешь? - опять голос невидимого оппонента. - Не знаешь ситуацию в стране? Люди работают на пополнение бюджета. Критиковать легче всего.

Ситуация мне, конечно, известна. В общих, правда, чертах. Только почему деловую хватку и сноровку борцам-приумножателям не проявить в любом другом - не самом заповедном и святом для белорусов уголке? В стране свыше восьми миллионов гектаров лесного фонда, не считая, наверное, нацпарков и пресловутых ЭЛОХов. Пуща же - не рыночный полигон.

Может оппонент круто не согласиться, обвинить в предвзятости, а мне, собственно, и крыть нечем: данных о доходах пущанского хозяйства в "зеленых" и "зайцах" нигде не сыщешь, прямо-таки запретная информация. В начале минувшего года на коллегии Комлесхоза, являющегося, согласно законоположению, главным хранителем белорусского леса, отдельной строкой было записано: практиковать постоянный контроль за всеми видами лесопользования на территориях особо охраняемых зон, включая и Нацпарк, прочие территории, закрепленные за фондодержателями. Как сообщили в ПЛХО, ни единой подобной проверки в Беловежье проведено не было. Вроде бы уходили контролеры от греха подальше.

Заместитель начальника по научной работе Нацпарка, кандидат наук Георгий Козулько, после того как присоединился к мнению большинства членов комиссии Минприроды, был уволен после 16 лет научной деятельности в пуще и нынче является скромным учителем местной одиннадцатилетки, втолковывая младому племени уроки нравственности, хотя его, человека, известного за рубежом, приглашают на мероприятия по линии ЮНЕСКО и других подобных организаций.

Беседую с ним:
- Что же делать, Георгий Алексеевич? Сохранять пущу как уникальное явление или, как сейчас поступают новоселы-хозяйственники, зарабатывать деньги на деревообработке, охоте, торговле, а в пуще все магазины перешли в ведение дирекции парка, - наконец, на массовом сборе недревесных даров леса, на коневодстве и разведении гусей?
- Следует исходить из того, что Беловежье - неповторимый природный комплекс, и надо научиться грамотно сохранять и управлять им. Бросаться из одной крайности в другую никто никого не призывает. А одним из методов управления является зонирование. Т.е. обоснование без всякого налета конъюнктуры выделения специальных зон: заповедной, охранной, рекреационной, хозяйственной, буферной и т.д. И там строго соблюдать апробированные как в нашем отечестве, так и в других странах методики, способы и технологии.
А площадей в пуще хоть отбавляй, незачем спекулировать на мнимой тесноте. Места хватит всем: и флоре, и фауне, и человеку.
- Т.е. очередной защитный "пояс" - лишь демагогическое прикрытие?
- Откуда нам с вами знать, что у инициаторов на уме?

Как сообщает зарубежная печать, в ближайшее время в Совете Европы, в отделе по экологии и культуре, будут обсуждаться вопросы, связанные с соблюдением заповедниками и нацпарками Старого Света рекомендаций Диплома Совета Европы - есть такая организация с мудреным названием. Проще - соберутся представители стран, где имеются обладатели таковых дипломов. Его в свое время получила и Беловежская Пуща. Будет обсуждаться и ситуация с заповедным хозяйством Беларуси. Не опростоволоситься бы, право, хотя что нам Европа...

Валерий ВЫСОЦКИЙ,
"Лесная газета" (Москва) - специально для "Белорусской газеты"

Специальные проекты

ЭкоПраво - для Природы и людей

ЭкоПраво

Экорепортёр -
   Зелёные новости

Система добровольной сертификации

Система
   добровольной
   сертификации

Ярмарка
   экотехнологий

Экология и бизнес

Знай, что покупаешь

За биобезопасность

Общественные
   ресурсы
   образования

Информационные партнёры:

Forest.RU - Всё о российских лесах За биобезопасность Совет при Президенте Российской Федерации по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Центр экстремальной журналистики

Обмен баннерами